Читай и Пиши
информационный портал
юных журналистов
Челябинской области

Алина Жарова » Двадцатая мирная весна Игоря Жарова

15 апреля 2015
Материал на конкурс "Юнкоровский призыв". В номинации - "Я помню, я горжусь!" Сейчас все мы говорим о 70-летии Победы в Великой Отечественной войне. А у нашей семьи в апреле 2015-го есть своя знаменательная юбилейная военная дата...

Двадцатая мирная весна Игоря Жарова

 

Сейчас все мы говорим о 70-летии Победы в Великой Отечественной войне. А у нашей семьи в апреле 2015-го есть своя знаменательная юбилейная военная дата. С 1994 по 1996 год шла настоящая война, которая официально называлась «восстановление конституционного порядка в Чеченской Республике». «Установление контроля над равнинными районами Чечни» велось в марте-апреле 1995 года. И к апрелю 1995-го «российскими войсками была занята почти вся равнинная территория Чечни». Официально в военных действиях участвовали части МВД и контрактники. А вот как было на самом деле.

 

«Живём по Уставу…»

Игорь Жаров – мой папа, и человек он не самый разговорчивый, а о себе вообще рассказывать не любит. А раз так, возьму в помощницы смелость и расскажу обо всём сама. Ведь фактами я располагаю. Однажды среди старых вещей нашла блокнот папиной молодости. Наверное, каждый хоть раз начинал вести дневник, записывая туда свои переживания. Но записи в найденном мною дневнике были другого рода… Но обо всём по порядку.

Осенью 1993-го, когда папе исполнилось 18 лет, его призвали в армию. Сначала он находился в Камышлове, затем в знаменитой Еланской учебной части. В блокноте об этом написано: «В долине смерти есть учебка, Еланью мы её зовём, там днём и ночью «курс голодный» по плацу долбит каблуком...»

А вот выдержки из армейских писем отца, которые бережно сохранила моя бабушка:
«Приедешь – увидишь, как я хорошо служу. Дедовщины нет. Живем по Уставу».

«Живу армейской жизнью, хожу в наряды, недавно в наряде на тренажёрке был, спал; иногда так домой тянет, вот бы сел, да поехал, но нельзя...» (апрель 1994).

«Здравствуй мамуля! Пишет тебе танкист Игорь. У меня дела хорошо, я попал в футбольную команду, мне полегче. Там всех строевым шагом гоняют, а я на тренировках. У меня всё хорошо, не беспокойся».

«Меня сделали командиром отделения и присвоили звание старший механик-инструктор. Мама, в следующий раз, когда будешь посылать посылку, вложи туда три кассеты, здесь мы достали магнитофон, а слушать нечего».

А это письмо было написано из деревни Катарачи, куда папу и еще 13 человек послали в колхоз на уборку картофеля:

«Кормят на убой, лучше, чем на базе. Дают завтрак, обед, ужин, суп и второе. Утром и вечером молоко. Постоянно котлеты, тефтели. Утром масла такой кусок, что аж не съедаешь. Деревня есть деревня...» (сентябрь 1994).

 

Орден из рук генерала

В это время в Чечне разворачивался конфликт за становление Чеченской Республики Ичкерии независимым государством. «Грозный возьмём двумя десантными полками» – сказал министр обороны РФ Павел Грачёв перед вводом войск в Чечню.

Не взяли. Привлекли солдат-срочников. Так случилось, что Игоря Анатольевича Жарова тоже отправили на территорию Чечни. В блокноте об этом написано так: «В штаб Камышлова пришла телефонограмма. Там было написано, что пять человек с корочками механика-водителя должны прибыть в Еланский гарнизон на переподготовку. Нас с отдела попало два человека. Привезли нас в Елань, и всё началось».

Историческая справка:

Всего за время боёв за овладение центром Грозного из 31 машины танкового батальона 74 гв. омсбр в боеспособном состоянии осталось 4 танка Т-72Б(М). Острая нехватка танков во время боёв за районы, прилегающие к улице  Ноя Буачидзе, заставила использовать оставшиеся в строю БМП-3 для огневой поддержки штурмовых подразделений, продвигающихся с северо-востока к площади Минутка.

Всё это время войска отражали атаки всеми силами. Вскоре дудаевцы организовали блокадное кольцо. Из 300-400 человек выжило только около 60.

Среди этих шестидесяти был мой отец. По его словам, самый тяжёлый бой они приняли на улице  Буачидзе и в её окрестностях. Непрерывный бой шёл около трёх суток. Позднее он был награждён медалью «За боевые заслуги» за взятие площади Минутка.

Из блокнота:

«3 января 1995 мы вошли под обстрелом в город и заняли блокпост на улице Лермонтова. Через 4 дня нас кинули брать плацдарм на улицу Первомайскую. Потом драматический театр на улице Фруктовой.»

Из устных воспоминаний: «Солдат в Грозном встречали устрашающие надписи: «Добро пожаловать в АД!», что было недалеко от истины».

За эту крайне сложную операцию он получил орден «За отвагу» из рук генерала Льва Рохлина.

Вскоре (22 февраля), узнав о том, что молодых парней помимо их воли отправили в горячую точку, к ним в Чечню поехали мамы и сёстры, чтобы вытащить их из этого ужаса. К моему папе приехала его старшая единственная сестра Марина Анатольевна Жарова. Она не сразу нашла брата, он был на боевом задании. А потом не сразу женщины смогли уехать обратно, и сестра оставалась рядом с ним дней десять в качестве работницы полевой кухни.

А война шла, и папа продолжал службу:

«С 1 марта нас кинули на самую высокую точку – гору Ястребиную – охранять правительственную связь ФАПСИ. Любая мина – и мы оттуда никогда бы не вернулись, здесь были два котлована с нефтью».

«Готовимся. 15 марта – на Аргун. Наш взвод идёт в разведку. Никто уже не хочет воевать, а начальство с выводом отсюда молчит. Скоро приказ, и кто его знает, может, нам не суждено до него дожить, ведь ещё три деревни не взято. Шали, Аргун, Гудермес».

«В городе стоит милиция, но она не может ничего сделать. За три дня моджахеды положили 103 человека МВД России. 

Спецназ сунулся в Аргун, и если бы не танк, который сломался на горе, никто бы оттуда не вышел. У моджахедов вся бронетехника вкопана в землю. Её трудно чем-либо взять. Мы все готовимся тщательно, но уже никому неохота воевать. И машина у меня вообще сломалась. Но приказ есть приказ, от него никуда не денешься».

«15.03.95. На нашем полку клеймо – цифра 3, у моджахедов мы числимся как каратели. Если из нашего полка кто-нибудь попадёт в плен, то, скорее всего, думаю, он не выживет». 

«14 апреля. Ждём отправки домой. Министр обороны сказал, что войска больше не войдут в Чечню, там работает милиция и внутренние войска МВД».

21 апреля 1995 года Игорь Анатольевич Жаров, выполнив свой гражданский долг, вернулся домой.

 

Чтобы помнили погибших

Как ждали парни возвращения домой! Казалось, впереди только радость. Но ожидали их другие трудности, сравнимые с военными. Помимо бреши в психологическом здоровье, которую оставили фронтовые кошмары, добавилось непонимание в обществе. Трудно было приспособиться к обычной жизни, без стрельбы и крови. Тогда воины Чеченской войны приняли решение объединиться. Для этого организовали фонд «Викинг», задачей которого была адаптация к нормальной мирной жизни.

На самом деле работа организации «Викинг» была огромна. Мой папа вместе с другими ветеранами боевых действий в Чечне занимался с подростками в школе № 2, чтобы привить молодому поколению патриотизм и любовь к Родине.

Ещё одной целью фонда было увековечить имена погибших в Афганистане, Чечне и других горячих точках на стеле у Вечного огня. И им это удалось. В 2000 году, к Дню города, папа с Евгением Мокичевым и с помощью администрации г. Кыштыма  поставили мемориал. Мой папа воевал за мир...

Через два с половиной года после войны он женился, появилась я, а через пять лет родился брат. Сначала папа работал на медеэлектролитном заводе, затем открыл своё дело. Сейчас, по прошествии стольких лет, можно с уверенностью сказать, что он нашёл своё место в жизни.

Алина ЖАРОВА, 16 лет

Просмотрено 533 раз(а)

Комментарии: