Я учусь в отапливаемой школе с хорошим освещением, классы оборудованы мебелью, интерактивными досками, компьютерами. Нам бесплатно выдают учебники, у нас есть все необходимые канцелярские принадлежности, есть доступ к образовательным платформам и онлайн-ресурсам. В стенах школы нам в любое время могут оказать медицинскую и психологическую помощь. А какая у нас толовая! Но как было с этим 100 лет назад? В каких условиях учились дети в 20-х годах прошлого столетия? Я занялась изучением этих вопросов. Еще мне помогли воспоминания моей прабабушки.
Одной из главных задач послереволюционного времени была ликвидация неграмотности среди взрослого и детского населения страны. Было создано общество «Долой неграмотность», а ВЦИК принял положение «О единой трудовой школе РСФСР», которое ввело бесплатное и совместное обучение детей школьного возраста. Школа состояла из двух ступеней: первая — для детей 8–13 лет, вторая — для 13–17 лет.
В каких условиях дети учились грамоте в те времена? В 1920-х годах в советских школах остро не хватало бумаги, из-за чего детям приходилось писать на полях газет, обложках книг и даже на обратной стороне уже исписанных листов. Не хватало школьных принадлежностей: на один карандаш приходилось 60 учеников, одно перо - на 22 ученика, одна чернильница - на 100 учащихся. Чернила, кстати, школьники делали из сажи, черники, земляники и свеклы, а карандаши резали на части, чтобы хватило всем. Уже к середине второго десятилетия школы стали получать деньги на покупку необходимых принадлежностей. Но практика писать на полях газет из-за недостатка бумаги существовала вплоть до начала 1950-х годов.
Труднее всего приходилось деревенским школам. Надежда Константиновна Крупская, посвятившая всю жизнь созданию советской системы образования, остро реагировала на плачевное состояние деревенских школ в первые послереволюционные годы. В своих работах она ярко и эмоционально изображала картину разрухи: «Перед нами разваливающиеся здания, нетопленные классы, окна, заколоченные досками вместо стёкол, дети, жмущиеся друг к другу… За отсутствием досок — учитель пишет на стене, за отсутствием лавок — дети сидят на полу». Заготовка топлива для школ была общей задачей: в документах и воспоминаниях часто упоминаются «топливные фонды» сельсовета, трудовые повинности, помощь родителей. Ученики нередко сами участвовали в заготовке и подноске дров. В условиях дефицита дров в ход шли торф, кизяк (высушенный навоз), солома, щепа, опилки и даже хворост.
Если в городских школах хоть как-то организовывалось горячее питание, то в сельской местности сделать это было практически невозможно. Во-первых, в деревенских школах отсутствовали пищеблоки и кухни, готовить обеды было просто негде. Во-вторых, в условиях экономического кризиса продукты в школы поступали нерегулярно. Даже положенные нормы хлеба и крупы до деревень не доходили. Дети, если была такая возможность, приносили с собой «сухой паек»: кусок ржаного хлеба, печеная картошка и луковица.
В сельских школах часто прерывали занятия во время посевных и сбора урожая. Дети в деревне были важными помощниками, и их труд на полях в напряжённые сельскохозяйственные периоды был необходим для выживания.
В деревнях остро не хватало учителей, поэтому ребятишек часто обучали грамотные односельчане или учителя-выпускники краткосрочных курсов «Ликвидаторы неграмотности».
Вот как вспоминала моя прабабушка свои школьные годы: «Я с тремя сестрами и двумя братьями жила в небольшой деревеньке Буздякского района республики Башкортостан. В самой деревне была только начальная школа. Двенадцать учеников и учительница ютились в маленьком деревянном домишке. Помню, что в школе было всегда холодно, свои ручонки ребятишки согревали, дыша на них или засовывая их под рубаху. Плохо топили, дров не хватало. Помню, отец ходил в лесок, чтобы набрать хворост для топки школы, но этого всегда не хватало. Писала я маленьким кусочком карандаша, держать его было совсем неудобно. Один карандаш делился в нашей семье на всех с шестерых. Потом мы приспособились делать чернила: смешивали сажу и калиновый сок. И неплохие «чернила» у нас, скажу, получались! Писали мы на полях стареньких газетенок, которые приходили в деревню из районного центра. Иногда учительница добывала настоящую бумагу. В эти дни мы особенно старательно выводили буквы… Трудно было, что сказать. Да и учиться мы начинали не с сентября, как положено, а только после сбора урожая: дети в ту пору работали наравне со взрослыми. А уж в посевное время и говорить нечего: с конца апреля мы помогали в поле родителям и односельчанам. Чтобы закончить «семилетку» надо было пешком ходить в соседнюю деревню, а это 5 километров! Зимой ходили мы туда по очереди: на нас шестерых было только две пары зимней обуви… В хорошее время вы сейчас живете. Цените, ребятушки».
Безусловно, путь от чернил из сажи до современной ручки был непрост. Сложно представить, с какими трудностями столкнулось население в связи с реформами системы образования в те годы, но благодаря этим реформам государство решало одну из главных проблем того времени—безграмотность населения. Повышения уровня образованности и культуры привело к целому комплексу положительных изменений в обществе нашей страны. И мы это ценим.